Герой интервью — Руслан РОТАРЬ, руководитель автономной некоммерческой организации социальной поддержки населения «Содействие», участник курса подготовки равных консультантов по туберкулезу.
Расскажи немного о себе и о том, как ты пришел в тему туберкулеза как человек, помогающий другим?
— Меня зовут Руслан Ротарь, мне 46 лет, живу в Тольятти. Диагноз мне поставили в 2008 году, туберкулез выявили случайно — при обследовании по работе. Это было как гром среди ясного неба. При этом я не осознавал всей серьезности положения. Осознать и справиться с заболеванием мне помогли социальные работники местной НКО. Тогда я понял, насколько важными и полезными вещами занимаются эти люди. Захотелось присоединиться к ним. Это удалось сделать в 2018 году.
Что для тебя было самым сложным в период лечения туберкулеза — не с медицинской, а с общечеловеческой точки зрения?
— Самым сложным оказалась длительность лечения. Находиться в стационаре нужно было около года, плюс—минус. Это было для меня настоящим испытанием. Однообразные дни, одни и те же лица и темы разговоров. Ситуацию усугубляло то, что на тот момент у меня была зависимость. Я начинал лечение — и сам прерывал его, либо меня выписывали из стационара за нарушение режима. В итоге развилась множественная лекарственная устойчивость.
Знаю, что ты создал собственную некоммерческую организацию. В какой момент ты понял, что хочешь не просто помогать, а выстраивать системную работу?
— После 2 лет работы в ВИЧ-сервисной НКО, я стал задумываться об открытии своей собственной организации, чтобы выстраивать работу так, как мне кажется правильным. На четвертом году работы мы с двумя коллегами решили наконец-то это осуществить. В октябре 2022 года Минюст зарегистрировал АНО СПН «Содействие».
Ты уже проходил обучение в тренинг-центре «Вместе» в 2023–2024 году. Почему в этом году ты решил прийти на курс равных консультантов по туберкулезу?
— В тренинг-центре «Вместе» мне понравился формат обучения. И когда я увидел анонс предстоящего обучения для подготовки равных консультантов, сразу решил присоединиться. Хотя я не первый год работаю в некоммерческом секторе, системного обучения на равного консультанта не проходил никогда. Захотелось повысить свою квалификацию, приобрести новые знания и навыки. Тем более что по опыту прошлогоднего обучения я уже знал о высоком профессионализме команды организаторов.
Что для тебя оказалось новым или неожиданным в обучении, несмотря на личный опыт излечения и работы в НКО?
— Мне очень понравился смешанный формат обучения. Тут получаешь и новые знания в медицинской части, и навыки консультирования. Удивило то, что на обучении онлайн присутствуют люди, находящиеся в стационаре — непосредственно в период лечения туберкулеза.
Как, на твой взгляд, личный опыт лечения туберкулеза помогает в консультировании? В каких случаях он может, наоборот, мешать (если не держать границы)?
— Личный опыт может мешать тогда, когда ситуация клиента сильно задевает тебя эмоционально, так как ты проживал похожий болезненныйопыт. А вообще, границы соблюдать лучше всегда, хоть в простом общении, хоть при проведении консультации. Это делает беседу более безопасной и бережной.
С какими ситуациями в консультировании тебе сейчас труднее всего? Чего, по твоим ощущениям, тебе еще не хватает?
— Очень трудно консультировать людей с зависимостью от психоактивных веществ, у которых вследствие употребления новых ПАВ появляются ярко выраженные когнитивные проблемы. Некоторые люди не до конца понимают, что проходят лечение. Не совсем понятно, как донести нужную информацию в таком случае.
Как ты понимаешь роль равного консультанта в таком городе, как Тольятти? Что может равный консультант реально изменить в жизни людей с туберкулезом и ВИЧ?
— Равное консультирование — один из ключевых элементов поддержки людей с туберкулезом и ВИЧ. Равный консультант на личном примере демонстрирует, что полноценная жизнь с диагнозом возможна, если вылечить туберкулез и взять под контроль ВИЧ. Равный оказывает психоэмоциональную поддержку в периоды упадка мотивации. Врачу такое сложно сделать, так как между ним и пациентом всегда сохраняется дистанция.
Что бы ты сказал человеку, который сейчас лечится от туберкулеза и думает, что его опыт «никому не нужен»?
— Я скажу так: я понимаю, почему вам кажется, что ваш опыт никому не нужен. Когда мы сами в болезни, когда каждый день — это борьба, трудно представить, что наши переживания могут быть ценными для других. Так чувствовать — это нормально. Но когда человек видит, что другой прошел через то же самое, через что проходит он сам, то он получает не просто надежду. Он получает наглядное доказательство: если кто-то другой смог — то и я смогу.
Расскажи немного о себе и о том, как ты пришел в тему туберкулеза как человек, помогающий другим?
— Меня зовут Руслан Ротарь, мне 46 лет, живу в Тольятти. Диагноз мне поставили в 2008 году, туберкулез выявили случайно — при обследовании по работе. Это было как гром среди ясного неба. При этом я не осознавал всей серьезности положения. Осознать и справиться с заболеванием мне помогли социальные работники местной НКО. Тогда я понял, насколько важными и полезными вещами занимаются эти люди. Захотелось присоединиться к ним. Это удалось сделать в 2018 году.
Что для тебя было самым сложным в период лечения туберкулеза — не с медицинской, а с общечеловеческой точки зрения?
— Самым сложным оказалась длительность лечения. Находиться в стационаре нужно было около года, плюс—минус. Это было для меня настоящим испытанием. Однообразные дни, одни и те же лица и темы разговоров. Ситуацию усугубляло то, что на тот момент у меня была зависимость. Я начинал лечение — и сам прерывал его, либо меня выписывали из стационара за нарушение режима. В итоге развилась множественная лекарственная устойчивость.
Знаю, что ты создал собственную некоммерческую организацию. В какой момент ты понял, что хочешь не просто помогать, а выстраивать системную работу?
— После 2 лет работы в ВИЧ-сервисной НКО, я стал задумываться об открытии своей собственной организации, чтобы выстраивать работу так, как мне кажется правильным. На четвертом году работы мы с двумя коллегами решили наконец-то это осуществить. В октябре 2022 года Минюст зарегистрировал АНО СПН «Содействие».
Ты уже проходил обучение в тренинг-центре «Вместе» в 2023–2024 году. Почему в этом году ты решил прийти на курс равных консультантов по туберкулезу?
— В тренинг-центре «Вместе» мне понравился формат обучения. И когда я увидел анонс предстоящего обучения для подготовки равных консультантов, сразу решил присоединиться. Хотя я не первый год работаю в некоммерческом секторе, системного обучения на равного консультанта не проходил никогда. Захотелось повысить свою квалификацию, приобрести новые знания и навыки. Тем более что по опыту прошлогоднего обучения я уже знал о высоком профессионализме команды организаторов.
Что для тебя оказалось новым или неожиданным в обучении, несмотря на личный опыт излечения и работы в НКО?
— Мне очень понравился смешанный формат обучения. Тут получаешь и новые знания в медицинской части, и навыки консультирования. Удивило то, что на обучении онлайн присутствуют люди, находящиеся в стационаре — непосредственно в период лечения туберкулеза.
Как, на твой взгляд, личный опыт лечения туберкулеза помогает в консультировании? В каких случаях он может, наоборот, мешать (если не держать границы)?
— Личный опыт может мешать тогда, когда ситуация клиента сильно задевает тебя эмоционально, так как ты проживал похожий болезненныйопыт. А вообще, границы соблюдать лучше всегда, хоть в простом общении, хоть при проведении консультации. Это делает беседу более безопасной и бережной.
С какими ситуациями в консультировании тебе сейчас труднее всего? Чего, по твоим ощущениям, тебе еще не хватает?
— Очень трудно консультировать людей с зависимостью от психоактивных веществ, у которых вследствие употребления новых ПАВ появляются ярко выраженные когнитивные проблемы. Некоторые люди не до конца понимают, что проходят лечение. Не совсем понятно, как донести нужную информацию в таком случае.
Как ты понимаешь роль равного консультанта в таком городе, как Тольятти? Что может равный консультант реально изменить в жизни людей с туберкулезом и ВИЧ?
— Равное консультирование — один из ключевых элементов поддержки людей с туберкулезом и ВИЧ. Равный консультант на личном примере демонстрирует, что полноценная жизнь с диагнозом возможна, если вылечить туберкулез и взять под контроль ВИЧ. Равный оказывает психоэмоциональную поддержку в периоды упадка мотивации. Врачу такое сложно сделать, так как между ним и пациентом всегда сохраняется дистанция.
Что бы ты сказал человеку, который сейчас лечится от туберкулеза и думает, что его опыт «никому не нужен»?
— Я скажу так: я понимаю, почему вам кажется, что ваш опыт никому не нужен. Когда мы сами в болезни, когда каждый день — это борьба, трудно представить, что наши переживания могут быть ценными для других. Так чувствовать — это нормально. Но когда человек видит, что другой прошел через то же самое, через что проходит он сам, то он получает не просто надежду. Он получает наглядное доказательство: если кто-то другой смог — то и я смогу.